Дискография Primal Fear: «Black Sun»

В ожидании концертов Primal Fear в Москве и Санкт-Петербурге мы продолжает исследовать дискографию группы. На этот раз собеседником стал бывший драммер коллектива Клаус Шперлинг, а предметом блиц-интервью — альбом “Black Sun”. Он был одним из оригинальных участников, но “Black Sun” стал для него последним релизом в составе Primal Fear.

Read English version HERE

Клаус, расскажи, какой была атмосфера во время записи «Black Sun«? Кажется, тогда Primal Fear были на подъёме, выдав четыре первоклассных альбома за четыре года.

Атмосфера была прекрасной. Альбом «Nuclear Fire» пользовался успехом, мы объехали почти весь мир с концертами в поддержку этого релиза и выступили на крупнейших фестивалях. Мы были очень мотивированы, хотя записать альбом, который такой же хороший альбом, как “Nuclear Fire”, а уж тем более превосходящий его было непростой задачей.

Чем тебе запомнилась работа в студии?

Пуф… Это было уже много лет назад… Вроде, всё было как обычно — запись как запись, ничего особенного.

Альбом частично записывался в Штатах. Пошло ли это на пользу, на твой взгляд?

Альбом был смикширован в Штатах, а бόльшая часть материала была записана в Германии, в студии House of Music в Винтербахе, где мы записали первые четыре альбома. Думаю, в США записывалась часть гитар и вокала, но я точно не помню — меня там не было.

Как обстояли дела с сочинением материала для этого альбома?

Все участники коллектива были вовлечены в процесс создания песен. Я, например, внёс большой вклад в песню “Black Sun”.

Как ты оцениваешь альбом сегодня? Хочешь ли ты что-то поменять в нём?

Мне нравится “Black Sun”, хотя “Nuclear Fire” остаётся моей любимой записью Primal Fear. Если бы я мог что-то поменять, я бы переписал некоторые партии ударных, ну и саунд барабанов я бы тоже поменял.

«Black Sun» — концептуальный альбом. Понравилась ли тебе эта концепция? Да и вообще, насколько ты в неё въехал?

Я всего-навсего барабанщик. Я не слишком интересуюсь текстами. Для меня важнее, чтобы в песне были крутые рифы и классные вокальные партии.

Насколько я знаю, ты не принимал участия в печально известном туре «Metal Gods«. С чем это было связано?

У меня не получилос принять участие в туре по сугубо личным мотивам, так что гуппа обратилась к Рэнди Блэку, и он, как мне кажется, проделал отличную работу.

А почему ты потом ушёл из Primal Fear?

Группа захотела и дальше играть с Рэнди после американского тура. Я отыграл с Primal Fear ещё несколько шоу, но спустя несколько месяцев мы решили расстаться, а Рэнди стал новым драммером.

В 2009 году ты выступал с Primal Fear в Москве. Какие воспоминания у тебя остались об этом концерте? Заметил ли ты какие-то перемены в нашей стране во время недавнего приезда с Nitrogods?

О, это было весело. В то время я был драммером Sinner, а Рэнди не смог прилететь в Москву, так что Мэт спросил, не хочу ли я отыграть и с Primal Fear. Раз уж Sinner тоже участвовали в том шоу, то я согласился. Мы также оторвались с Nitrogods в Москве, хотя на этот раз публика несколько отличалась — мы выступали перед байкерами, и мне кажется, что далеко не всякий байкер врубается в металл. Но мы отлично провели время, а выпивка в баре отеля была прекрасной!

Представь, что лейбл попросил тебя отобрать только три песни с «Nuclear Fire» для сборника лучших вещей. Каков был бы твой выбор и почему?

Во-первых, “Armageddon” — это клеевая металлическая песня с отличными риффами и обалденным припевом. Во-вторых, «Fear”, потому что я люблю трэш-метал. И в третьих, “We Go Down” — в моём понимании это наитипичнейшая металлическая песня, под которую хорошо трясти башкой.

Интервью с Хенни Вольтером об альбоме «Nuclear Fire» читайте здесь.

Благодарим Евгения Силина (Alive Concerts) за организацию этого интервью.

Комментирование на данный момент запрещено, но Вы можете оставить ссылку на Ваш сайт.

Комментарии закрыты.